-

حَدَّثَنَا عَيَّاشٌ حَدَّثَنَا عَبْدُ الْأَعْلَى حَدَّثَنَا الْجُرَيْرِيُّ عَنْ أَبِي الْعَلَاءِ عَنْ الْأَحْنَفِ بْنِ قَيْسٍ قَالَ جَلَسْتُ ح و حَدَّثَنِي إِسْحَاقُ بْنُ مَنْصُورٍ أَخْبَرَنَا عَبْدُ الصَّمَدِ قَالَ حَدَّثَنِي أَبِي حَدَّثَنَا الْجُرَيْرِيُّ حَدَّثَنَا أَبُو الْعَلَاءِ بْنُ الشِّخِّيرِ أَنَّ الْأَحْنَفَ بْنَ قَيْسٍ حَدَّثَهُمْ قَالَ جَلَسْتُ إِلَى مَلَإٍ مِنْ قُرَيْشٍ فَجَاءَ رَجُلٌخَشِنُ الشَّعَرِ وَالثِّيَابِ وَالْهَيْئَةِ حَتَّى قَامَ عَلَيْهِمْ فَسَلَّمَ ثُمَّ قَالَ بَشِّرْ الْكَانِزِينَ بِرَضْفٍ يُحْمَى عَلَيْهِ فِي نَارِ جَهَنَّمَ ثُمَّ يُوضَعُ عَلَى حَلَمَةِ ثَدْيِ أَحَدِهِمْ حَتَّى يَخْرُجَ مِنْ نُغْضِ كَتِفِهِ وَيُوضَعُ عَلَى نُغْضِ كَتِفِهِ حَتَّى يَخْرُجَ مِنْ حَلَمَةِ ثَدْيِهِ يَتَزَلْزَلُ ثُمَّ وَلَّى فَجَلَسَ إِلَى سَارِيَةٍ وَتَبِعْتُهُ وَجَلَسْتُ إِلَيْهِ وَأَنَا لَا أَدْرِي مَنْ هُوَ فَقُلْتُ لَهُ لَا أُرَى الْقَوْمَ إِلَّا قَدْ كَرِهُوا الَّذِي قُلْتَ قَالَ إِنَّهُمْ لَا يَعْقِلُونَ شَيْئًا قَالَ لِي خَلِيلِي قَالَ قُلْتُ مَنْ خَلِيلُكَ قَالَ النَّبِيُّ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ يَا أَبَا ذَرٍّ أَتُبْصِرُ أُحُدًا قَالَ فَنَظَرْتُ إِلَى الشَّمْسِ مَا بَقِيَ مِنْ النَّهَارِ وَأَنَا أُرَى أَنَّ رَسُولَ اللَّهِ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ يُرْسِلُنِي فِي حَاجَةٍ لَهُ قُلْتُ نَعَمْ قَالَ مَا أُحِبُّ أَنَّ لِي مِثْلَ أُحُدٍ ذَهَبًا أُنْفِقُهُ كُلَّهُ إِلَّا ثَلَاثَةَ دَنَانِيرَ وَإِنَّ هَؤُلَاءِ لَا يَعْقِلُونَ إِنَّمَا يَجْمَعُونَ الدُّنْيَا لَا وَاللَّهِ لَا أَسْأَلُهُمْ دُنْيَا وَلَا أَسْتَفْتِيهِمْ عَنْ دِينٍ حَتَّى أَلْقَى اللَّهَ

Нам рассказал [Айясй], нам рассказал [Абдул Аля], нам рассказал [Аль-Джурайрий], от [Абу аль-Аля], от [Аль-Ахнафа бин Кайса] сказал: Я сидел на собрании. И также передаётся, мне рассказывал [Исхак бин Маншур], нам рассказывал [Абдуш Шамад], мне рассказывал [мой отец], нам рассказывал [Аль-Джурайри], нам рассказывал [Абу аль-Алаа бин Ас-Сейххир], что [Аль-Ахнаф бин Кайс] им рассказал, что он сказал: Я сидел с предводителями курайшитов, затем пришёл [человек], волосы, одежда и внешний вид которого были растрёпаны, пока он не встал между ними, затем он поздоровался и сказал: «Возвести добрую весть тем, кто копит своё богатство камнями, которые были прикованы к ним в аду ада, затем помещены в их (молочную) область между ними, пока они не вышли из концов их лопаток, затем помещены в их (молочную) область, пока не затряслись». Затем этот человек подошёл и сел, прислонившись к столбу. Я последовал за ним и сел рядом, но не узнал его. Я сказал ему: «Я не видел этих людей, если только им не ненавистно то, что ты говоришь». Он ответил: «Поистине, у них нет никакого смысла, мои слова были точно такими же, как слова моего возлюбленного». Он (Аль-Ахнаф бин Кайс) спросил: «Кто твой возлюбленный?» Он ответил: «Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, который однажды сказал мне: «О Абу Зарр, видел ли ты Ухуда?» Аль-Ахнаф бин Кайс сказал: «Я посмотрел на солнце, которое ещё было дневным, и увидел, что Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, хочет послать меня исполнить его просьбы. Я ответил: «Да, готов». Тогда он сказал: «Мне бы не понравилось, если бы у меня было золото размером с гору Ухуд, и я потратил бы всё, кроме трёх динаров (которые я хотел бы иметь)». И поистине, у них нет никакого здравого смысла, они лишь собирают мирские блага. Нет, клянусь Аллахом, я не буду просить у них мирские блага, и я не дам им эту религиозную фетву, пока не встречусь с Аллахом».